Перша сторінка
Мапа сайту
Зворотній зв'язок
Персональний сайт Славіка Бігуна
Людяність і оптимізм, професіоналізм і довершеність

ЮрХіт

ЮрНаука. Участь у міжнародному «круглому столі» з антропології права. Нотатки доповіді і публікація

04.12.2010

В’ячеслав Бігун бере участь у VI Міжнародному «круглому столі» з антропології права, який відбувається 3-5.12.2010 на юридичному факультеті Львівського національного університету на тему «Антропологія права: філософський та юридичний виміри (стан, проблеми, перспективи)».

Зокрема він представив доповідь на тему «Антропологічний сенс правосуддя: пошук закономірностей у випадковості». Також у збірнику опубліковано твір «Разговор пяти путников о смысле правосудия. Философско-правовая притча».

Тема доповіді викликала жвавий інтерес, низку запитань (Планується оприлюднити аудіо-запис виступу. Наразі нижче подаються нотатки, використані під час виступу (російською мовою)).

Фото: під час виступу на «круглому столі» на юридичному факультеті ЛНУ

 

Доброе Вам утро!

Надеюсь, оно по-настоящему доброе для вас. И этому способствовал вчерашний теплый прием. Мы общались, вели беседы и разговаривали. На разные темы. Так же однажды вечером пять путешествующие вели разговор о смысле правосудия. Этот разговор частично был изложен в одноименном рассказе, который представлен в сборнике этого международного круглого стола – на страницах 54-72. Он специально издано на русском языке – по просьбам коллег из России. Не думаю, что мне стоит пересказывать этот разговор: это тоже же самое, что пересказывать фильм. Лучше его посмотреть - т.е. прочитать.

Ну, а послушать предлагаю Вам доклад на тему «Антропологический смысл правосудия: поиск закономерностей в случайностях». Эта тема еще ближе к теме антропологии права. Изложение не претендует на целостность, даже наоборот – оно фрагментарно. Под поиском закономерностей понимается поиск истины, чем должна заниматься наука и настоящие философы. Под случайностями мы тут понимаем определенные ситуации, в частности, представленные как судебные дела, процессы.

Отмечу, что это изложение, доклад осмелюсь – в знак уважения к Вам как международной аудитории – сделать на русском языке. Не судите меня строго. И не упоминайте этого доклада в своих докладах, например, на тему: Филологический смысл научного доклада: поиск закономерностей в случайностях на примере одного выступления на круглом столу «Антропология права» во Львове 2010 год.

Итак, если вы согласны, начну доклад.

Человек как таковой - это загадка. Мы знаем о нем, т.е. о нас, немало, но продолжаем не до конца знать его.

Каждый конкретный человек - это загадка, которая постоянно предстает перед нами. Иногда мы ее разгадываем, иногда - нет, иногда даже не пытаемся. Разгадывая ее, мы исследуем не только конкретного человека, но и его как такового - феномен человека.

Мы искренне хотим знать человека. И это доказывает наша повседневная заинтересованность в самих себе. Мы живем: дышим, думаем, едим, движемся, творим и разрушаем. Мы - homo sapeins, homo faber т.д. Мы видим, как вокруг люди делают то же.

Мы тоже видим – и это сакраментальный опыт почти каждого из нас - как люди перестают дышать, и они уже не думают, не едят, не двигаются, не творят. Они замирают. Говорят, их покидает жизнь. Они не живут, прекращают существовать. Но они живут в нашей памяти: в ней они - живые образы. На каждого из нас ждет этот сакраментальный опыт.

А пока «жизнь» для нас продолжается. Мы живем - живем и профессиональной жизнью, мы, те, кто заняты научными философско-правовыми исследованиями, должны отдаться поиску ответов на вопросы, которые нас интересуют.

Один из них – который обсуждается в этом фрагменте, это – антропологический смысл правосудия.

Под антропологическим смыслом правосудия понимается основное содержание правосудия как человеческого явления.

Чтобы понять его для начала обратимся к традиционным научным подходам: дескриптивному, атрибутивному и сущностному.

Дескриптивный подход к правосудию состоит в описании этого явления.

Описывая правосудие, мы как бы воссоздаем его картину, образ. Этот подход подходит, если у человека не имеется представления о явлении правосудии. Этот подход в действии можно сравнить с просмотром фильма. Мы садимся перед экраном, и перед нами предстает описание этого «правосудия». Поскольку это абстрактное понятие, то его трудно полноценно описать. Так же трудно, как описать такие явления, как любовь. Но на помощь приходят определенный представления, который мы уже имеем.

И тогда, мы видим правосудие – это суд, судья, право, судебное решение. С позиций аналитической философии, если принять «аскрептивный подход», можно уточнить, что мы видим не суд – а здание с вывеской «суд», не «зал суда», а помещение, в котором находятся такие-то атрибуты и такие-то люди; не право – а кодексы, нормы, но и дух права, который выдается себя в намерениях людей, сидящих по разные стороны и т.д. Иными словами, уже существуют определенные смыслы – содержания той формы, которую мы видим.

Что нужно, что бы этом метод был успешным? Наиболее полно описать это явление правосудия, анатомизировать его.

В результате, мы будем иметь анатомию правосудия как человеческого явления. Все что надо сделать, чтобы добиться этого - свести и систематизировать все о правосудии. Сегодня это возможно.

Но к чему это приведет? Какая научная ценность описания правосудия? Мы научимся распознавать, узнавать его. Но узнав одну его часть, нам нужно будет определять и другую часть. В этом плане ценность такого подхода равнозначна ценности каждой из ее частей, взятых вместе. Это все равно, что попросить вас описать вашу жену или мужа - вы можете долго это делать, но какова ценность этого?

Вы будете знать, как оно есть.

Или как оно должно быть. Это различие – различие между тем, «как оно есть» и «как оно должно быть» – существенно. Первый подход можно назвать дескриптивным, второй – нормативным. В результате мы получим в первом случае дискриптивную теорию правосудия, во втором – нормативную теорию правосудия.

В первом случае сегодняшнее правосудие может быть представлено по-разному. Например, как коррумпированное, политически заангажировонное.

Последний пример, связанный с описанием «реального правосудия». Дело о гибели Тараса Процюка. Читаю сообщение прессы.

«В Мадриде широкий резонанс вызвали опубликованные на сайте [таком-то…] секретные материалы, связанные с гибелью в Ираке испанского телеоператора Хосе Коусо. В публикациях [такого-то сайта] страны говорится, что дело об убийстве Коусо было закрыто испанскими властями под давлением [такой-то страны]. Хосе Коусо погиб в результате обстрела американскими военными гостиницы «Палестина» в Багдаде – в этом отеле размещались многие иностранные журналисты. В том же обстреле погиб и украинский телеоператор Тарас Процюк, работавший на агентство Reuters».

Мы понимаем, что осуществление правосудия связано с влиянием на него политических факторов. Возможный вывод, правосудие – относительно. Относительно этих факторов. 

Поэтому правосудие дискриптивная теория правосудия может быть дополнена нормативной теорией правосудия. То есть, такой, которая описывает существование и осуществление правосудия как идеи, соответственно какой-то норме как долженствованию.

Пример со ссылкою на антрополога права Ребекку Френч, в частности ее книгу «Золотое ярмо» (Golden Yoke). Она рассказывает, что традиционный криминальный процесс в Тибете по криминальному делу считается завершенным, если возобновлена гармония между ключевыми участниками процесса. Так, в случае убийства должны примириться представители убитого и убийца. Соответственно, если после решения у кого-то снова возникнет состояние дисгармонии – этот процесс возобновляется.

Такой нормативный подход можно назваться сущностным подходом, поскольку он раскрывает сущность правосудия.

Но есть еще один подход – атрибутивный. Он состоит из выделения какого-то из ключевых элементов явления правосудия.

Соответственно атрибуту судебной власти – правосудие – это форма ее осуществления.  За атрибутом правореализации – правосудие – это правоприминение (суд или судья как говорящий закон). Правосудие – это способ разрешение правовых конфликтов. Соответственно мы можем говорить и о определенных смыслах правосудия: властном, правореализационном, резолютивном и т.д.

Обратимся к классическому определению правосудия. Это – правоприменительная деятельность суда по разрешению дел.  

Но любая ли деятельность есть правосудие?

Правосудие, представляется, – это не любая деятельность суда, а лишь та, которая направлена на осуществление права. Точнее, идеи права.

Следует уяснить, из чего состоит идея права. Например - это идея справедливости. И делаем вывод, если такая-то деятельность осуществляет справедливость - значит это правосудие. Такой подход - целесообразен.

Обращаясь к нему, мы словно говорим, по указанному примеру, наша жена или муж - трудолюбивые ли честные, то к указываем другой атрибут - сварливые, непунктуальные т.д.

Этот подход не цельный, потому что жена может быть трудолюбивая, но сварливая. Как в случае с женой Сократа, которую он считал образцом практического разума и одновременно наиболее сварливой женой Афин.

В результате, Сократ пришел к выводу, что мужчина, мужчина в любом случае будет несчастливым, он будет жалеть - то женившись, или нет. Наконец, то же можно сказать и о правосудии - в любом случае человек может жалеть: обратится в суд в поисках правосудия или нет.

Однако так ли это?

Возможно, третий сущностный подход, отрицает это. В случае сущностного подхода, мы выделяем ключевую, основную черту - сущность явления правосудия. Не любую как это может быть в случае атрибута.

В таком случае правосудие выступает как, например, справедливость. Или как инструмент достижения справедливости. Справедливость - вот сущность правосудия. То осуществление идеи права - сущность правосудия. Или что другое.

По аналогии мы можем сказать, что сущность жены - быть матерью, любимой, спутником жизни и т.д. И антонимични - относительно мужа.

Предлагаемый подход совмещает указанные, демонстрируя явление правосудия.

Чтобы лучше узнать его на уровне теоретического мышления мы будем использовать философский категорийные-понятийный аппарат.

При этом стоит признать, что неизбежны теоретические разногласия в восприятии. Подобно тому, как глядя, как на явление, жену каждый человек (как и наоборот: жена на мужа), видит в ней какой-то определенный смысл, так же мы осмысливая явление правосудия на примерах, можем иметь разные смыслы - определенный основных содержание. Эти смыслы могут быть разные.

Отсюда и аксиоматический плюрализм антропологических смыслов правосудия.

Плюралистичность, однако, не отрицает и отсутствия теоретических разногласий. Подобно тому, как двое молодых парней способны одновременно влюбиться и любить одну и ту же девушку, проявляя «аморный смысл» их чувств, так же и двое ученых, читая судебное решение, могут определить, идет ли речь об осуществлении правосудия, а нет.

Перефразируя известное выражение, сущность правосудия является, а его явление (есть) является существенным, сущностным. Мы осознаем, что сущность, хотя и связана с явлением, не обязательно и всегда эта связь является элементарным.

Сущность может скрываться за явлением. Так, в «дворце правосудия», как называют иногда помещения, где заседают судьи, последние могут совершать произвола. Такие судьи могут сознательно или бессознательно называть такую деятельность правосудия, будто рассматривая сущность правосудия как непознаваемое «вещь в себе», не раскрывает себя в явлениях.

Но, возможны и разные восприятия сущности. Так, например, судья, ошибочно оправдывает подозреваемого, впоследствии чего тот выходит на свободу, женится, растит детей у него рождаются внуки, он «живет в мире». (Это сюжет из фильма «Три цвета: Красное»). Сначала судья полагает, что он сделал несправедливо - правосудие не свершилось. Однако, оказывается, как ему говорят, он сделал «как надо». А что могло бы быть в ином случае? Наконец, совершенно нелогично, но судья-идеалист может наделить сущность того, что он сделал (совершил ли правосудие?) каким-то особым духовным, идеальным (или идеалистическим) содержанием. Он словно признает его первичным к материальному проявлению правосудия - тюрьме как наказание.

Как не вспомнить в этой связи «суд совести» как высший суд. Он как бы происходит в голове осужденного, который судит сам себя на суде совести. (Фильм «Высший суд» Г. Франка)

Возможен и «наивный реализм». Такой может иметь студент-юрист - первокурсник, а то и, может, выпускник, который отождествляет сущность и явление правосудия, считая, что судопроизводство как определенный материальный процесс является, по сути, таким, который подается познанию в явлениях: суд рассмотрел и решил дело - значит правосудие свершилось.

Правосудие как сущность и как явление диалектическое.

Правосудие как сущность оказывается, его познания происходит уровень за уровнем. Так, явление правосудия обнаружат какую сторону его сущности на этапе реализации принципа доступа в суд, когда конфликт, который мог превратиться в насилие, умиротворенно.

Поэтому и сущность правосудия проявляется через конкретное судебное решение.

Последнее становится предметом оценки:- является ли это осуществлением правосудия?

Так продолжается диалектический процесс, в котором суждено сущность и явление правосудия.

Определимся с выводами: Философско-правовое исследование возножно с помощьи разных подходом. К примеру, дискриптивного, атрибутивного, сущстного. В ряду с дискриптивным, как реального (как есть), можна выделять и нормативный (правосудие как долино быть). Соответсвенно возможны разные смыслы правосудия. Существует аксиоматический плюрализм антропологических смыслов.

Благодарю за внимание. Готов ответить на Ваши вопросы.





 

Статистика

Rambler's Top100

Створено в
студії

~~ <*))>< ~ fishdesign